Украинская журналистка, которая ездила туда, куда боялись отправляться другие, — на оккупированные территории, в прифронтовые города, в зоны, где за одно неверное слово можно было лишиться свободы. Виктория Рощина дважды попадала в российский плен и не вернулась оттуда живой. Ее история — это не только трагедия одной семьи, но и яркое свидетельство того, чего стоит правда во время войны.
Рощина родилась 6 октября 1996 года и прошла путь от начинающей журналистки, писавшей о криминале и судах, до военной корреспондентки, чьи репортажи из Мариуполя и оккупированных территорий цитировали ведущие мировые СМИ. В августе 2023 года она исчезла во время очередной командировки на оккупированные территории Запорожской области — и лишь спустя год стало известно, что женщину убили в плену, предварительно подвергнув пыткам.
Тело журналистки вернули в Украину только в феврале 2025 года, и на нем обнаружили многочисленные следы насилия. Расследование обстоятельств ее смерти продолжается, а международные организации признают Рощину символом жестокости, с которой Россия относится к украинским гражданским лицам и журналистам в неволе.
Путь в профессию: от криминальной хроники до фронтовых репортажей
В журналистику Виктория пришла еще подростком — по ее собственным словам, она работала в этой сфере с 16 лет, специализируясь на темах криминала, правозащитной деятельности и судебной системы. Со временем она сотрудничала с «Украинским радио», «UA:Первый», «Крым.Реалии», «Цензор.НЕТ», а также публиковалась на hromadske и в «Украинской правде». Фрилансерство позволяло ей ездить туда, куда штатных корреспондентов крупных редакций отправляли гораздо реже.
После полномасштабного вторжения России в феврале 2022 года Рощина сосредоточилась на репортажах из самых горячих точек фронта, в частности из осажденного Мариуполя. Ее тексты выделялись тем, что она старалась показать войну глазами людей, оказавшихся в окружении или под оккупацией, а не только официальную хронологию событий. Именно эта готовность работать там, где опасность была максимальной, и определила дальнейшую — трагическую — траекторию ее жизни.
Первый плен: одиннадцать дней в руках ФСБ
Весной 2022 года неподалеку от Бердянска Рощину впервые задержали представители российской ФСБ. Ее удерживали одиннадцать дней и освободили только после того, как заставили записать видеообращение, в котором она утверждала, что не имеет претензий к российской стороне. После возвращения на подконтрольную Украине территорию журналистка описала этот опыт в собственной статье для hromadske — тексте, который впоследствии критики назовут одним из самых откровенных свидетельств о тактике запугивания, которую применяют силовики РФ к задержанным гражданским.
Несмотря на пережитое, Рощина не отказалась от работы в зоне риска. В том же году Международный женский медийный фонд (IWMF) отметил ее премией «За мужество в журналистике» — но сама лауреатка даже не приехала на церемонию награждения, выбрав вместо этого продолжить работу над новым репортажем. Этот эпизод хорошо характеризует ее подход к профессии: признание интересовало ее гораздо меньше, чем сама история, которую нужно было рассказать.
Исчезновение в августе 2023 года
25 июля 2023 года Виктория выехала из Украины в Польшу, планируя через территорию России добраться до оккупированных районов на востоке страны — вероятно, чтобы сделать репортаж о ситуации вокруг Запорожской атомной электростанции и последствиях подрыва Каховской дамбы. 3 августа 2023 года она попала в плен во второй раз. На этот раз молчание со стороны похитителей длилось значительно дольше, чем в 2022 году.
Отец журналистки, Владимир Рощин, вместе с адвокатами и коллегами более полугода пытался узнать хоть какую-то информацию о судьбе дочери. Только в апреле 2024 года Россия официально подтвердила, что Виктория находится в плену — без уточнения места содержания. Международный комитет Красного Креста подтвердил факт плена, однако доступа к заключенной так и не получил. Никаких официальных обвинений российская сторона ей не предъявила — она просто исчезла в системе внесудебного содержания, которая, по оценкам правозащитников, охватывает более 16 000 украинских гражданских на оккупированных территориях и в России.
- Март 2022 года — первое задержание неподалеку от Бердянска, освобождена через 11 дней.
- 3 августа 2023 года — повторное задержание на оккупированной территории Запорожской области.
- Апрель 2024 года — Россия официально подтвердила факт содержания журналистки.
- Конец 2023 — начало 2024 года — перемещение из Мелитополя в колонию № 77 в Бердянске, затем в СИЗО № 2 в Таганроге.
- 13–14 сентября 2024 года — запланированная, но не состоявшаяся передача Рощиной в рамках обмена пленными.
- 19 сентября 2024 года — по данным российской стороны, дата смерти журналистки.
- 10 октября 2024 года — официальное подтверждение гибели со стороны Координационного штаба по вопросам обращения с военнопленными.
- Февраль 2025 года — тело Рощиной возвращено в Украину.
Условия содержания: от Мелитополя до Таганрога
По данным журналистских расследований, после похищения в Энергодаре Рощину несколько дней удерживали на месте, а затем перевезли в гаражи в Мелитополе — помещения, которые ранее уже фигурировали в расследованиях о похищениях гражданских жителей этого города. В конце 2023 года журналистку переместили в колонию № 77 в Бердянске, а в начале 2024 года — вместе с другой группой пленных — в следственный изолятор № 2 в Таганроге, откуда, по данным Главного управления разведки Министерства обороны Украины, она должна была быть передана в рамках обмена пленными.
Летом 2024 года, находясь в Таганроге, Рощина объявила голодовку. Точные мотивы этого шага неизвестны, однако подобные акции протеста среди украинских заключенных в российских учреждениях не являются редкостью — это один из немногих способов, которыми задержанные пытаются привлечь внимание к собственной судьбе, когда никакие официальные каналы не работают.
Смерть и возвращение тела
10 октября 2024 года спикер Координационного штаба по вопросам обращения с военнопленными Петр Яценко подтвердил гибель 27-летней журналистки. По информации, которую отец Рощиной получил от российской стороны, она умерла 19 сентября 2024 года — причину смерти россияне не назвали. Издание «Медиазона» сообщало, что смерть наступила во время этапирования из Таганрога в Москву, куда журналистку должны были привезти для обмена.
Офис генерального прокурора Украины вскоре открыл уголовное производство, квалифицировав дело как нарушение законов и обычаев войны, сопряженное с умышленным убийством. Тело журналистки передали Украине только в феврале 2025 года, и по результатам судебно-медицинской экспертизы на нем обнаружили многочисленные повреждения: ножевые ранения, следы переломов, кровоизлияния в мягкие ткани височной области, плеча и голеней. В теле также отсутствовали некоторые внутренние органы. Личность журналистки окончательно подтвердили с помощью ДНК-экспертизы.
| Период | Место содержания | Ключевое событие |
|---|---|---|
| Август – декабрь 2023 | Энергодар, гаражи в Мелитополе | Похищение и первое содержание |
| Конец 2023 – начало 2024 | Колония № 77, Бердянск | Перевод без официального признания плена |
| 2024 год | СИЗО № 2, Таганрог | Голодовка, подготовка к обмену, смерть во время этапирования |
Источники данных: «Следствие.Инфо», Радио Свобода.
Расследование пыток и вопрос ответственности
В марте 2025 года издание «Следствие.Инфо» опубликовало результаты собственного расследования, согласно которому Рощину систематически пытали: на теле нашли ножевые ранения, следы от ударов электрическим током, а к моменту смерти вес журналистки составлял около 30 килограммов. По тем же данным, сотрудники колонии пытались прятать заключенную от проверок со стороны правозащитных миссий — вероятно, чтобы скрыть последствия жестокого обращения.
Украинские правоохранители рассматривают дело как военное преступление. Пресс-секретарь Еврокомиссии Анита Гиппер назвала гибель журналистки доказательством жестокости российской системы содержания пленных и подчеркнула, что оккупация представляет смертельную угрозу для гражданского населения. На момент публикации этого материала уголовное производство по обстоятельствам смерти Рощиной в Украине остается открытым, а виновных с российской стороны не установлено — что типично для большинства дел, связанных с гибелью украинских пленников.
Признание и память
Посмертно Виктория Рощина получила несколько международных наград, в частности звание «Герой свободы прессы» от Международного института прессы, а также правозащитную премию Homo Homini. Церемонии награждения проходили без нее — от имени погибшей журналистки награды принимали коллеги из «Следствие.Инфо» и «Украинской правды». Об истории ее исчезновения и плена снят документальный фильм «Последнее задание Вики», а редакция hromadske совместно с сетью Forbidden Stories запустила «Проект Виктория», чтобы довести до завершения журналистские расследования, над которыми она работала до задержания.
8 августа 2025 года в Киеве состоялись проводы журналистки. Ее история стала для международного сообщества одним из наиболее подробно документированных примеров того, что происходит с гражданскими пленными в российской системе содержания, — и одновременно напоминанием о десятках тысяч украинцев, чья судьба до сих пор неизвестна их семьям.
Почему эта история важна для понимания войны
Случай Рощиной показывает, насколько уязвимыми остаются журналисты и гражданские лица, которые пытаются фиксировать жизнь на оккупированных территориях. Ее репортажи о Мариуполе, Запорожской АЭС и последствиях подрыва Каховской дамбы остаются среди ключевых источников, документирующих военные преступления и гуманитарные последствия оккупации. В то же время судьба самой автора этих текстов стала примером той цены, которой добывается эта информация, — и почему международное давление по вопросу доступа к украинским пленным в России остается настолько актуальным по состоянию на 2026 год.
